Интегральная всеполнота и Элементарная диалектическая логика

        К синтезу теории интегральной всеполноты и элементарной диалектической логики

Ольга Набильская, 10 июля, 2013 - 23:46.
С другой стороны, вывод о краевом единении (в парадоксальной всеполноте) логики и не-логики – одно из ключевых положений Интегралики, отвечающее, в частности, смене фундаментальной парадигмы при полноте интегрального подхода.

В свою очередь единение краевых, предельных противоречий может служить эвристическим императивом генерирования научных и др. новаций.

Например, если дан фундаментальный "принцип противоречия" традиционной формальной логики, трактуемый как запрет на истинность двух отрицающих друг друга суждений, то, исходя из полноты логической системы, в системе принцип противоречия наряду с "исключенным противоречием" должен действовать и как "правило включенного противоречия".

Остается только рационально объяснить конечную, результирующую непротиворечивость продекларированного противоречия суждений. Для этого вводится понятие "субъектности логики".

Что означает субъектность/бессубъектность логики? Это можно понимать как то, что имеется какая-то конкретная связь высказываний с субъектами, которые эти высказывания делают (символы R и F в формуле (2)).

                        (А)_R & (не-А)_F,     (2)
   где
   А - утверждение;
   не-А - отрицание того же самого, в том же смысле и отношении;
   R - субъект высказывающийся, или актор реплики (А)_R;
   F - субъект оппонирующий, или актор реплики (не-А)_F;
   & - знак конъюнкции.

Формула отображает тот эмпирический факт, что предложение (суждение, вопрос, оценка, императив) кем-то высказывается. Зачем нужно эксплицировать актора (субъект высказывания)? - Нужно с прицелом на те ситуации обмена мнениями, когда собеседник соглашается или перечит автору реплики. При этом, у стороннего наблюдателя не возникает каша в голове от воспринятого объема реплик. Напротив, он с интересом следит за ходом разворачивающейся дискуссии.

И тогда в логической системе обмена мнениями допустимо присутствие осмысленного противоречия.

Субъекты, с одной стороны, оказываются вне предложений, вне логики (оказываются, условно говоря, не-логической реальностью), с другой стороны, непосредственно участвуют в структуре противоречия и, более того, своим наличием/отсутствием характер противоречия (формальное или диалектическое).

Я называю это иррациональным элементом в рациональной логической системе. Причём иррациональность проявляется в способности собеседников генерировать уникальный содержательный текст. В нем целый букет, состоящий из элементов случайности, факультативности, эвристичности. Как только текст сгенерирован, - он обездвижен, фактичен, догматичен и неизменяем. Иррациональность субъекта рассуждений купируется в свершившемся тексте состоявшегося/прекращенного обсуждения.

Иными словами, субъекты здесь двойственны, антиномичны: принадлежат как логике, так и не-логической реальности; это отвечает их пограничности между логикой и не-логической реальностью.

Соответственно, логика тогда является диалектической, когда в логических построениях присутствует антиномичный (единящий в себе логику и не-логическую реальность) субъект.

Возникает вопрос: возможна ли какая-то формализация этого субъекта, либо же всегда должен оставаться некоторый не-логический неформализуемый остаток?

Формализация актуализируется введением условного обозначения: символов (F, R) субъекта высказывания. Неформализуемый остаток заключен в заранее не предрешенном результате (продуктивный синтез или каждый останется при своем мнении).

Иными словами, можно ли в результате только логических построений, без какой-либо эмпирики, получить значимые результаты для эмпирической («материальной») действительности?

Если "Наука логики" есть результат требуемых построений, то необходимо признать труд Гегеля значимым для, скажем, создания "Капитала" Маркса.

По сути, положительный ответ на эти вопросы означает серьезную ревизию кантианства, в рамках которого «чистый разум» (с которым здесь можно соотнести бессубъектную формальную логику) принципиально не способен достичь, схватить эмпирическую вещь в себе (здесь – не-логическую реальность). На край в логике выводит концепция В.И.Моисеева о предельных противоречиях (L-противоречиях), см., например, в его лекциях по философии неовсеединства http://neoallunity.ru/1/index.php?option=com_content&view=article&id=39&.... Соответственно, вопрос можно переформулировать:
Являются ли L-противоречия чисто формальными логическими объектами, или же единят в себе логику и не-логическую реальность?
По нашему мнению, включение субъекта в структуру высказывания (М.П.Грачев) ведет, в конечном счете, к выводу о краевом единении в L-противоречиях логики и не-логической реальности, хотя сам М.П.Грачев, насколько нам известно, конкретно этот вопрос не рассматривает.

В лекции "14. Логика L-противоречивости" ставится вопрос о репрезентации структуры строгой теории диалектической логики. Проблема кроется в демаркации просто логических ошибок и настоящего диалектического противоречия:

Моисеев В.И.: «И если диалектики не хотят отождествить свою логику просто с ошибочным рассуждением, если диалектическая логика также претендует на истинность своих утверждений, то, следовательно, необходимо указать некоторый признак, критерий, который бы позволил отличить противоречия-ошибки от диалектических противоречий»

По сути, мы делаем только одно допущение:
Есть Всё: логика, не-логика, логическая, диалектическая и всякая прочая возможная и невозможная противоречивость, и все прочее – умопостижимое и неумопостижимое.

Ценность аристотелевской логики заключается в первичном упорядочивании всех равноправных, хотя и путанных, состояний всеобщей полноты. Классическая и неклассическая логика частично в своем поступательном развитии охватывают всё большие регионы распространения естественной полноты. Во второй половине 20 века неклассическая формальная логика осваивает "не-истинностные" формы мысли: вопросы, оценки и императивы, которые нельзя означить (оценить) как ложные/истинные.

Диалектическая же логика производит параллельное упорядочивание, исходя из принципа включённого противоречия.

При этом всё, что относится к этому Всему, «само по себе» абсолютно равноправно как наличествующее во Всём. Но в отношении к наблюдателю, принадлежащему к этому Всему, но при этом и способному взять это Всё (вместе с самим собой) в его всеполноте, все сущности, входящие в это Всё, оказываются различными, благодаря чему наблюдателю открывается мир в его многоединстве.

Наблюдатель, точнее автономные наблюдатели (субъекты), не только принадлежат "всему этому", но и выделяют себя во всём этом, конституируя себя в качестве объекта:

S_R - S_F     (3)
  |      |
Объект А

где
S_R, S_F - субъекты познания;
А = [S_R] или А = [S_F] - носители объектных свойств.

Сама по себе регистрация противоречия (при ее истинностной неопределенности) без осуществления «последующей дискуссии» имеет смысл только для краевых, предельных противоречий (L-противоречий по В.И.Моисееву).

Констатация. L-противоречия по В.И.Моисееву есть предельные, краевые противоречия.

Соответственно, именно к таким противоречиям должна вести в идеале «последующая дискуссия»; если же дискуссия не ведет к ним, то говорить о диалектической логике не следует. По нашему мнению, диалектическая логика без достижения краевой области логической противоречивости может быть сведена к формальной логике.

Как свести диалектическую логику к формальной логике? Об этом можно говорить при наличии вскрытого основания (под диалектической логикой будем иметь ввиду ЭДЛ и под формальной логикой - ТФЛ).
Обе исходят из закона противоречия. В ТФЛ закон истолковывается в смысле запрета противоречия суждений (запрет на одновременную их истинность) и в ЭДЛ позволение противоречия с квазиистинностью суждений. Автономные субъекты рассуждений, каждый, убеждены в истинности своей позиции. В противном случае они не вступили бы в дискуссию.

Достичь адекватности можно, если наряду с последовательным, линейным мышлением (по логически непротиворечивым цепочкам) обладать параллельным, объемным мышлением, схватывающим логические цепочки в их противоречивой полноте и выводящим их к не-логической реальности. И не только обладать, но и уметь их формально репрезентировать – иначе они останутся «мыслью в себе», о которой не будет знать даже сам мыслящий ее мыслитель.
Именно в возможности такой формализации заключается, по нашему мнению, основной смысл идеи диалектико-логической противоречивости (М.П.Грачев), полнота практического осуществления которой позволяет достичь принципиально новых результатов.

Я так полагаю, что эта идея заслуживает широкого обсуждения.
--
Грачёв Михаил Петрович.
Москва, 25 апреля 2015 года.